Виктор Гюго «Девяносто третий год»

HugoВиктор Гюго является самым настоящим народным достоянием. Наследие писателя  огромно, и в него входят как всемирно известные и получившие мировое призвание произведения, так и маленькие пьески и рассказы, широкому кругу читателей неизвестные.

Гюго считается великим мастером языка и стиля, и этого у него отнять. Кроме того - он величайший гуманист, и весьма часто в произведениях своих он выводит свое так называемое альтер-эго, с помощью которого и доносит до читателя свою позицию.

К истории Великой Французской Революции обращалось немало писателей. Что и говорить, событие это потрясло мир не меньше, нежели прошедшая по почти такому же сценарию революция в нашем отечестве. Да и сейчас оно продолжает волновать умы как историков и писателей, так и простых обывателей.

В незабвенные советские времена «строители социализма» упорно тянули к себе любого писателя, кто в той или иной мере высказывался о борьбе народных масс «угнетателями». И Гюго не обошла та же участь. Он, понимавший, что борьба за свои права людям нужна, всячески отрицал революционный террор, но, тем не менее, был занесен в списки самых что ни на есть пламенных революционеров.

В романе «Девяносто третий год» рассказывается об одном из самых трагических событий, о Вандейском восстании. Молодая Республика сражалась со старым режимом, и жертвой этой кровопролитной бойни, как это всегда бывает, становились невинные.

Гюго отлично удалось показать так называемый «дух революции» и борьбу трех основных мировоззрений: жесткой диктатуры умирающего аристократизма, революционного фанатизма, и гуманизма.   И это было  правильное решение, потому что многие авторы, обращавшиеся к этой обширной теме, как правило,  акцентировали внимание на трех китах революции, на ее отцах: Робеспьере, Марате и Дантоне. В романе Гюго они показаны, можно сказать, мельком, и основное внимание писателя уделяется тому, кто в произведениях прочих авторов был всего лишь фоном – народу.

Кто-то из революционных вождей произнес знаменитую фразу о том, что революция, как титан Хронос, пожирает своих детей. В июле девяносто третьего трагически погибает Марат, заколотый в ванне, следом за ним идут Дантон и Робеспьер… Воистину, что посеешь, то и пожнешь.